Житие святителя Павла (Кратирова)

Вл.Павел

О святии, ихже зде помянухом, и множайшее множество неведомых! простите убожество словес сих, да напишутся еще похвалы, вам подобающие, исчислити вас невозможно есть; всех же молитвами, да приимут чтущии вас от Господа и Владыки живота нашего благодать и велию милость.

Из службы святым Новомученикам и Исповедникам Российским, песнь 9-я.

История нам оставила очень скудные сведения о жизни новосвященномученика и исповедника Русской Церкви епископа Павла (Кратирова). Достоверно известно, что Кратиров Павел Фёдорович, родился 6 мая 1871 в с.Покровское Тотемского уезда Вологодской губернии в семье священника Молочской Троицкой церкви, который впоследствии стал епископом Саратовским Иоанном. Родом из духовной семьи, он окончил Вологодскую Духовную Семинарию, а в 1897 Казанскую Духовную Академию со степенью кандидата богословия. Преподавал в Тульской, Курской, а затем с 1902 в Харьковской Духовной Семинарии. В журнале «Вера и Разум» за 1903 в №№ 7 и 14 на страницах 197 и 424 указано: «Богословия догматического, основного и нравственного Павел Фёдорович Кратиров, надворный советник; по окончании курса в Вологодской Духовной Семинарии 22 ноября 1891, определён на должность учителя образцовой школы грамоты в г.Новочеркасске, 10 июля 1897 года по окончании курса в Казанской Духовной Академии, назначен на должность преподавателя греческого языка в Тульскую Духовную Семинарию; 26 сентября 1902 — перемещён на должность преподавателя словесности в Курскую Семинарию, откуда приказом Г.Обер-Прокурора Св.Синода преподаватель КДС Кратиров с 12 марта 1902 переведен на должность преподавателя основного, догматического и нравственного богословия в ХДС. Имеет орден св. Станислава 3 степени». В № 3 за 1911 в «Отчете о состоянии Харьковского епархиального женского училища за 1909-1910 учебные годы» указано: «Журнальным постановлением Совета, от 9 сентября 1909, утверждённым Его Высокопреосвященством 16 сентября преподаватель русского языка в 6 нормальном классе (4 урока) и гражданской истории во 2-х классах (4 урока) надворный советник Павел Фёдорович Кратиров, вследствие осложнения его занятий в Духовной Семинарии согласно прошению, уволен от должности преподавателя при Училище». Павел Фёдорович активно печатал свои труды в периодических изданиях епархии. Был женат, имел трёх дочерей: Валентину, Инну, Зою. Вдовец с июня 1914. Рукоположен в сан диакона 11/24 сентября, в сан священника 13/26 сентября 1921. Служил в храме Озерянской Божией Матери г.Харькова.

С апреля 1920 в Харьковскую епархию был назначен временно управляющим, архиепископ Нафанаил (Троицкий), бывший Архангельский. Главной его заботой стало решение кадровой проблемы, поэтому архиеп.Нафанаил представил для утверждения Патриарху Тихону и Священному Синоду вдового священника Павла Кратирова. Священный Синод на заседании 12/25 января 1922 постановил:

  1. Согласно представлению Вашего Преосвященства, назначить вдового священника церкви Озерянской Божией Матери г.Харькова Павла Кратирова на кафедру епископа Старобельского, викария Харьковской епархии, с тем чтобы наречение и хиротония его в сан епископа по предварительном пострижении в монашество и возведении в сан архимандрита совершены были в г.Харькове.
  2. Предоставить будущему епископу Старобельскому права полусамостоятельного епископа с кругом дел по усмотрению Вашего Преосвященства.
  3. Местожительством епископа Старобельского назначить Харьковский Покровский монастырь.
  4. Предоставить избранному на Старобельскую кафедру Павлу Кратирову, по рукоположении его в сан епископа управления, права настоятеля Старо-Харьковского Куряжского Преображенского монастыря, о чём и уведомить Ваше Преосвященство.
Покровский монастырьСобор

15/28 января 1922 священник Павел Кратиров был пострижен в монашество в Трёхсвятительской церкви Покровского монастыря наместником — иеромонахом Палладием, 2/15 февраля возведен в сан архимандрита в Кафедральном соборе Харькова. 5/18 февраля совершилось его наречение во епископа, а 6/19 февраля — хиротония во епископа Старобельского в церкви «Всех скорбящих Радосте» Покровского монастыря, по другим данным наречение и хиротония были совершены в Кафедральном соборе. Хиротонию совершили Назарий, митр. Курский и Обоянский, Нафанаил, архиеп. Харьковский и Ахтырский, Корнилий, еп. Сумской и Никон, еп.Белгородский.[1]

В этот период большевики расправлялись с Православной Церковью при содействии обновленческого раскола. Основатели этой «живой церкви» воспользовались неволей Патриарха Тихона и организовали в Москве в мае 1922 своё Высшее Церковное Управление (ВЦУ), которое отличалось грубым нарушением канонов, и приняло раболепную позицию по отношению к советской власти. Архиепископ Харьковский Нафанаил и епископ Старобельский Павел отказались подчиняться ему, и ВЦУ 6/19 августа 1922 уволило на покой еп.Павла, а 11/24 августа архиеп.Нафанаила. Указы об увольнении на покой и высылке за пределы Харьковской епархии были им объявлены в народном коммисариате юстиции (НКЮ) 15/28 августа 1922. Помещение епархии было опечатано и затем передано обновленцам.[2]

Газета «Коммунист» от 16/29 августа 1922 сообщила: «Вчера в час дня, Харьковский архиеп.Нафанаил, еп.Старобельский Павел (викарный), члены епархиального совещания протоиереи Буткевич и Попов и протоиерей Воскресенской церкви Иван Гаранин были вызваны в Наркомюст (Народный Коммисариат Юстиции) где, в присутствии представителя НКЮ тов.Сухоплюева, уполномоченный ВЦУ на Харьковщине, гражданин Захаржевский объявил им за подписью постановления ВЦУ об увольнении их за штат с высылкой их из пределов Харьковской епархии. Уволенный архиерей и его приспешники попробовали было возражать против постановления ВЦУ, но затем дали обязательство подчиниться этому решению. Затем в присутствии НКЮ, милиции, уполномоченного ВЦУ, помещение епархиального совещания было опечатано».[3]

В Харьков епископ Павел вернулся осенью 1922, но нигде не служил. 4/17 сентября 1922 архиепископ Нафанаил был привлечён к суду, и выслан из Харькова осенью 1922. В город он больше не вернулся, и поэтому на общем собрании духовенства и мирян, которое состоялось осенью этого года в Старо-Троицкой церкви было принято решение: «3. Для возглавления Харьковской епархии должен быть приглашён епископ Старобельский Павел». С конца 1922 еп.Павел и возглавляемое им духовенство начало борьбу с обновленческим расколом. Недолго продолжалась эта борьба, ибо 17 марта 1923 ГПУ арестовало его вместе с 13-ю священниками и двоими мирянами. В этот день в Благовещенском соборе пел только хор, так как все священники были арестованы. Милиция опечатала собор и забрала ключи у приходского совета. 23 марта собор был передан обновленцам.

Для защиты арестованного епископа в суде верующие собрали два миллиарда рублей, чтоб нанять адвоката, но он не потребовался: суда не было. По постановлению Особой Комиссии ГПУ УССР по административным высылкам от 2/15 мая 1923 было определено: «Выслать из пределов Украины сроком на 3 года епископа Старобельского Павла, — Кратирова Павла Федоровича, Колчицкого Николая Федоровича — протоиерея Благовещенского собора, Загоровского Николая Михайловича — протоиерея, Радченко Павла Митрофановича — священника, мирян — Габиева Сергея Александровича и Стешенко Петра Петровича». Причина ареста и высылки еп.Павла и некоторых священников была в том, что они не признавали ВЦУ как каноническое учреждение и не желали подчиняться ставленникам «Живой церкви».[4]

Вл.Павел. Харьков (1924)Вл.Павел. Харьков (1924)

Владыка был освобождён 8/21 мая 1923 под расписку и выехал в Крым. Дальнейшие сведения о годах ссылки довольно скупы. В Крыму он вступил в управление Ялтинским викариатством Таврической епархии, а затем пребывает на покое. В 1923 — начале 1925 служил в Вологде, Владимире, Великом Устюге, Москве, неоднократно подвергался арестам.[5] Перед возвращением в Харьков в 1925 он обращался в ГПУ с просьбой разрешить ему вернуться до окончания срока высылки. Разрешение было дано.[6] После смерти Патр.Тихона 25 марта/7 апреля 1925, он числится среди епископов подписавших акт о восприятии церковной власти митрополитом Петром (Полянским) от 1/14 апреля 1925 Здесь он именуется еп.Старобельским. С весны 1925 жил в Харькове на положении ссыльного. Проживал на улице Мариинская 16. Весной 1926 поддержал претензии на пост Заместителя Местоблюстителя митрополита Агафангела (Преображенского).

В 1927 начался новый этап гонений на Русскую Церковь. Митрополит Сергий (Страгородский) собрав временный Синод, в который входило чуть более 10 епископов от лица всей Церкви обнародовал своё послание — «Декларацию» от 16/29 июля 1927 года. Цель послания: «...Поставить нашу Православную Русскую Церковь в правильные отношения к советскому правительству и тем дать Церкви возможность вполне законного и мирного существования». Эта попытка легализации Церкви была воспринята православным церковным сознанием, как капитуляция перед безбожной властью. Епископ Павел резко выступил против митр.Сергия, которого он не признавал ещё до выхода Декларации, считая его захватчиком высшей церковной власти, которая с 1926 должна принадлежать митр.Агафангелу Ярославскому. За это он был запрещён в священнослужении экзархом Украины митр.Михаилом (Ермаковым). Но еп.Павел отправил в конце 1927 письмо митр.Агафангелу и получил от него поддержку, так как тот назвал митр.Сергия «узурпировавшим церковную власть». Получив поддержку еп.Павел в апреле 1928 отослал митр.Сергию официальное заявление об отходе от него. За что и был запрещён в священнослужении постановлением сергиевского Синода. В это время владыка проживал на улице Мануиловской 11, находясь без места.[7]

Летом 1928 владыка через протоиерея Николая Загоровского отбывавшего высылку в Ленинграде, узнаёт о епископе Димитрии (Любимове), которому и отправляет письмо с сообщением, что он ещё в 1926 вышел из подчинения митр.Сергия и сейчас просит принять его в молитвенное общение. Еп.Димитрий запросил документы и объяснения по этому вопросу, и после их получения принял еп.Павла в общение, а также предложил ему окормлять ближайшие истинно-православные общины. С этого момента между ними устанавливается переписка. Например, владыка Павел просил указаний по следующим вопросам: как относится к запрещениям, наложенным митр.Сергием, существуют ли планы организовать новое церковное управление и легализировать его перед гражданской властью. В одном из писем он пишет: «Не поставлены ли мы долгом своего служения пастырского в необходимость препятствовать на каждом шагу существующей власти в её работе? Разве можем мы одобрять безбожное воспитание в современных школах? Разве допустима классовая борьба и даже угнетение одного класса другим..? Не более ли достойно нашего великого служения прямо и откровенно засвидетельствовать власти, что пути наши идут в разных направлениях и что мы можем говорить только о своём желании быть лояльными, но делами своими свидетельствовать свою лояльность не можем...»

Из Ленинграда к еп.Павлу приезжали с посланиями: игумен Клавдий (Савинский), монахиня Раздобаровского монастыря Антония, сын настоятеля собора Воскресения Христова (Спаса-на-Крови) инженер Илья Верюжский, в 1923-1930 годах работавший в Харькове. Еп.Димитрий присылал в Харьков святое Миро, антиминсы, рукополагал священников.

С лета 1928 владыка начал вполне легальную деятельность в качестве правящего архиерея. Его вызвали в ОГПУ, спросили об отношении к Декларации и разрешили делать выезды для служения в храмах, которые к нему присоединялись. За лето 1928 к нему перешло около 20 общин. Первым был приход Рождественской церкви в г.Дергачи со священником Павлом Лобковским, который был помощником благочинного и диакон Иаков Подкуйко, затем собор в г.Золочеве, Покровский храм и иные храмы в г.Балаклея, четырёх сёл Богодуховского района, общины из села Бакаровки с иереем Стефаном Ильченко, села Сенного с иереем Михаилом Платоновым Ахтырского района, четырех сельских прихода Днепропетровской епархии.[8] От всех общин он требовал законно принятого постановления о присоединении к нему.

Вскоре его снова вызвали в ОГПУ и потребовали прекратить возносить имя Патриаршего Местоблюстителя митр.Петра. После отказа со стороны владыки выполнить это требование, последовал запрет на дальние поездки и дальнейшее присоединение приходов.

В конце сентября 1928 владыку вновь вызвали в ОГПУ и разрешили дальние поездки, каждый раз с особого разрешения, но в марте 1929 последовал окончательный запрет. Выезжать на службы в другие города он перестал, хотя продолжал принимать общины. Так в 1930 под его руководство перешли иосифлянские приходы Киева, новые общины г.Ананьева Одесской епархии, г.Глухова Черниговской епархии, г.Курска, сл.Засосной Острогожского округа, с.Нескучное Липецкого округа. В январе 1931 община с.Мелекино Мантушского р-на Мариупольского округа и другие приходы. Ниже приводится список тех священников, о которых точно известно, что они подчинялись епископу Павлу. В самом Харькове к нему перешли: иерей Григорий Доля, протоиерей Иван Лисицкий, иерей Антоний Краснокутский, иерей Сергей Березянский, иерей Андрей Попов, бывший настоятель Киево-Печерской Лавры архимандрит Климент (Жеретиенко), наместник Лавры архимандрит Макарий (Величко), игумен Евстратий (Грумков) и четыре монаха, которые образовали общину, проводя богослужения тайно на квартирах. Один из монахов был Горбань Афанасий Артемович 1866 года рождения. Также перешло несколько приходов в Харьковской епархии. Помимо указанных выше ему подчинялась Преображенская церковь в селе Ледное под Харьковом, Иоанно-Предтеченский храм в селе Станичное Ново-Водолажского района.[9] Все свои силы владыка уделял на служение Церкви Христовой, до своего последнего ареста он возглавлял около 40 иосифлянских приходов.

Кроме окормления приходов, еп.Павел занимался распространением посланий, о вреде и ложности для Православия курса выбранного митр.Сергием. Всего он написал четыре послания-рассуждения на тему, кто должен управлять Русской Церковью, два обращения к советской власти, и письмо старобельским благочинным в ответ на их коллективное обращение с упрёком о непризнании им митр.Сергия.

Из четырёх посланий до нас дошли два. В них он не только отвергал новый курс церковной политики, но и отказывался вообще признать полномочия митр.Сергия и его Синода. Он указывал на то, что митр.Сергий боролся за власть в Церкви; получив её, самовольно вступил на новый курс издав Декларацию; призывая всех к миру, он тем временем налагает на несогласных с ним церковныя прещения. Еп.Павел, также обличил пагубный результат высказываний митр.Сергия из-за которых отдавались на расправу большевикам те иерархи, которые были с ним не согласны по исключительно церковным вопросам. Существует ещё одно послание от 21 марта/3 апреля 1928, которое, хотя и не подписано автором, но по стилю и идентичности идей и выражений, вероятнее всего принадлежит еп.Павлу. Оно дает хорошее представление о настроенности автора — оппонента митр.Сергия. Обращено оно к безымянному архиерею, видимо стороннику митр.Сергия. В нём автор говорит, что не надо опасаться разделений в церковной среде, а напротив, приветствовать протест «грозной работе митр.Сергия». Владыка указывает, что существуют три господствующие, схожие в направлении, Церкви: обновленческая, григорианская и сергиевская...

Массовые аресты непоминающих иосифлян, или как их ещё называли приверженцы Истинно-Православной Церкви начались по плану ОГПУ на всей территории СССР. На Украине они начались с января 1931. Поэтому 4/17 января 1931 еп.Павел как руководитель Харьковского «филиала» ИПЦ был арестован. Вместе с ним были арестованы и многие его единомышленники.[10] Процедура арестов отошедших от митр.Сергия описывается следующим образом. «Агент ОГПУ являлся к епископу и ставил ему следующий вопрос: “Как вы относитесь к Декларации митр.Сергия (Страгородского)?” Если епископ отвечал, что он её не признаёт, то агент заключал: «Значит вы контр-революционер», и епископ арестовывался».[11]

Содержался владыка в тюрьме города Харькова на Холодной горе. Пробыв в тюрьме почти год, еп.Павел по постановлению КОГПУ от 20 декабря / 2 января 1932 по ст. 58-10, 11 УК РСФСР был приговорён к 10 годам лагерей. Но владыке не суждено было отбыть свой срок заключения, так как в тюрьме он тяжело заболел, и 23 дек./5 янв. 1932 в 11часов 15 минут скончался в больнице Харьковской тюрьмы от саркомы лимфатических желез.[12] Ему было 60 лет.

Его сподвижники получили длительные сроки лагерей. Архимандрит Макарий (Величко) и игумен Евстратий (Грумков) были приговорены к 5 годам заключения и погибли в Свирских лагерях. Протоиерей Григорий Селецкий был приговорён к 10 годам лагерей, отбывал срок в Темниковском, а затем в Беломорском лагерях.[13] Игумен Варсонофий (Юрченко) был осуждён на 5 лет, отбывал срок в Темниковском и Саровском лагерях.

Храм Озерянской Б.М.

Похоронен был владыка на кладбище, которое находилось недалеко от Озерянской церкви, что на Холодной горе. В 1960-х кладбище сносили, и тогда две монахини их Харьковской катакомбной общины перенесли останки еп.Павла на другое кладбище. К большому сожалению, они скончались, не успев показать точное место новой могилы, и теперь невозможно узнать на каком кладбище г.Харькова покоятся мощи святителя Павла. Но не смотря на то, что от нас сокрыто это место, мы, уповая на его молитвенное предстательство о нас грешных, призываем Владыку в своих молитвах: «Святителю, отче наш Павле, моли Бога о нас!»

Остаётся лишь добавить, что еп.Павел вместе с иными Новомучениками и Исповедниками Российскими был причислен к лику святых на Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви Заграницей (РПЦЗ) в 1981. Его память празднуется вместе с другими Новомучениками и Исповедниками Российскими в последнее воскресенье января в день их Собора.

Примечания

  1. Городской Архив Харьковской Области (ГАХО), Фонд Р-230, ОП-1, дело № 1507, листы: 1, 4, 6, 16. Дело от 22 января 1922 года о возведении Павла Кратирова в сан епископа.
  2. Свящ.Михаил Матвеенко. История Харьковской епархии (1850-1988). Харьков. 1999, с.54.
  3. Анатолий Левитин, Вадим Шавров. «Очерки по истории русской церковной смуты», в трёх томах. Institut Glaube in Der 2. Welt, Kusnacht. 1978, т.I, с.135-137.
  4. Свящ.Михаил Матвеенко, с.57-59.
  5. М.В.Шкаровский. Иосифлянство: течение в Русской Православной Церкви. Санкт-Петербург. 1999, с.235.
  6. Свящ. Михаил Матвеенко, с.59.
  7. ГАХО, Фонд Р-845, ОП-2, дело № 1081, лист 10. Сведения и списки о личном составе служителей религиозных культов.
  8. ГАХО, Фонд Р-845, ОП-2, дело № 1068, лист 31. Разрешение на проведение религиозных собраний — 1932 год.
  9. М.В.Шкаровский, стр.295, ГАХО, Фонд Р-845, ОП-2, дело №1081, лист 14, 15, 16, 21, ХГА, Фонд Р-408, ОП-8, дело № 1911, листы 41, 42. Акты о закрытии молитвенных домов.
  10. И.И.Осипова. Сквозь огнь мучений и воду слёз. Москва. 1998, с.272.
  11. Л.Регельсон. Трагедия Русской Церкви. Москва. 1996, с.464-465.
  12. И.И.Осипова, с.265.
  13. М.В.Шкаровский, с.104.
ПредисловиеСодержаниеКритические замечания
Используются технологии uCoz