Нужна ли законность преемственности в Церкви

Состояние церковных дел в Одесской епархии вчера и сегодня
Фёдор (Лазарь) Журбенко

Фёдор (Лазарь) Журбенко, Александр (о.Питирим) и м.Таисия (с обрезанной рядом женской фигурой). Фото из архива М.А.

Продолжая тему истории Истинно-Православной Церкви в городе Одессе, затронутую в предыдущей статье, посмотрим на церковно-административную ситуацию, сложившуюся к сегодняшнему дню. В городе функционирует несколько приходов, — это, как минимум, два прихода, причисляющих себя к Истинно-Православной Церкви: один относится к лазаревской церкви, так называемой РИПЦ, а другой (точнее, их два или более) принадлежит еп.Агафангелу (Пашковскому). В настоящее время ситуация в отношении административного деления несколько выровнялась, — еп.Агафангел, проживая в Одессе, уже не управляет Симферопольской и Таврической епархией, а Тамбовский и Одесский Лазарь не управляет наездами из Дальника, но в целом данное положение можно назвать не выпрямлением, а, скорее, переломлением: сначала было сформировано неправильное церковное управление, а затем церковное устроение раздроблено на две составляющие. Фактически, ни скончавшийся уже так называемый архиепископ Тамбовский и Одесский Лазарь (Журбенко), ни митрополит теперь Нью-Йоркский и Восточно-Американский Агафангел (Пашковский) не могут считаться законными предстоятелями Одесской епархии, поскольку, согласно церковным канонам и установлениям, принятым в Истинно-Православной Церкви, не имеют признанного всеми апостольского преемства.

Хочется сразу отметить, что никакой личной неприязни автор этих строк не испытывает ни к кому из упоминаемых здесь личностей. Наоборот, по-человечески я сочувствую и сопереживаю им в тех положительных намерениях, которые ими, возможно, руководили. Несколько коротких встреч, произошедших с упоминаемыми личностями, не породили у меня никакой ненависти или зависти, и в своих поступках, словах и теперь в данной заметке, я лишь стремился к установлению церковной правды. Если же я в чём-то допустил какую-либо погрешность или преступил в своей деятельности дозволенные границы, то прошу у боголюбивых читателей прощения и снисхождения.

Суть недоразумения, препятствующего части верующего народа встать на прямой путь церковного строительства, заключается в том, что еп.Лазарь (Журбенко) получил священническое рукоположение через патриархийного епископа Вениамина (Новицкого), а затем через определённое время рукоположен во епископский сан зарубежным епископом Варнавой. Возможно епископ Вениамин (Новицкий) и относился сочувственно, как считают лазаревские апологеты, к Катакомбной Церкви[1], но это не является достаточным основанием для признания его законным епископом, то есть тем лицом, которое может участвовать в поставлении священника. И в данном случае совершенно справедливы слова о.Никиты (Лехан), высказанные им по адресу Фёдора Журбенко: «В М[осковской] П[атриархии] постригался, там иди и служи»[2].

Поскольку еп.Вениамин (Новицкий) не может быть одновременно патриархийным и катакомбным епископом, и всеми признаётся, что он после войны служил именно в Московской Патриархии, то бессмысленно доказывать, что в данном вопросе не может быть ни каких перетолкований. «Никто не может служить двум господам: ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить; или одному станет усердствовать, а о другом нерадеть...» (Мф.6:24) Если, как считают лазаревцы, еп.Вениамин (Новицкий) был душой и сердцем с Катакомбной Церковью, то он должен был понимать глубинную суть отступления Московской Патриархии, а не знать её он не мог, поскольку долгое время находился в гуще событий. Слабость это или недопонимание, — не столь существенно, — сам факт служения в еретическо-раскольнической организации закрывает дорогу для любого лица к служению в Истинно-Православной Церкви. Епископ Далматинско-Истрийский Никодим в толковании Первого Правила Третьего Вселенского Собора (Ефесского) пишет:

Церковно-иерархическая власть имеет полную законную силу только тогда, когда она действует в установленных законом границах и когда исполнители этой власти строго подчиняются законам и учению Православной Церкви; и напротив, как только они отступят от этих законов и перейдут строго установленные законные границы, то власть эта теряет все принадлежащие ей права[3].

Как только еп.Вениамин (Новицкий) присоединился к Московской Патриархии, он сразу перешёл через строго установленную законную границу, и, следовательно, утратил с данного момента свои епископские права. Лазаревские апологеты, пытаясь обосновать законность такой духовно-административной махинации, т.е. рукоположения от патриархийного епископа, ссылаются на благословение от епископа Леонтия (Чилийского), якобы, хорошо знавшего еп.Вениамина (Новицкого), и посвящённого во все дела Катакомбной Церкви. Но такие доводы могут убедить лишь слабо знакомых с каноническим правом и богоборческим режимом.

Во-первых, не все церковные деятели под воздействием нечеловеческих репрессий советской богоборческой системы оставались твёрдыми в своём исповедании. Известны случаи отпадения со стороны таких деятелей Истинно-Православной Церкви как еп.Афанасий (Сахаров), игумен Варсонофий (Юрченко), прот.Василий (Верюжский) и др. И если еп.Вениамин (Новицкий) был когда-то приверженцем или сочувствующим Истинно-Православной Церкви, то это не означает, что он, не переходя дозволенных границ, оставался таким и до конца.

Во-вторых, благословение Леонтия (Чилийского) не имеет ни какой канонической силы, поскольку его власть не могла распространяться на российских катакомбников. Другими словами, если бы из задуманного им получилось нечто положительное, то никто, возможно, не вправе был бы обвинять его в каком-то беззаконии; но поскольку результат оказался неприемлемым для церковного благоустройства, то и оправдывать свою оплошность, ссылаясь на некое благословение или распоряжение, несправедливо и бессмысленно.

Седьмое правило Лаодикийского Поместного Собора первым обязательным условием приёма в Православие предписывает отречение от ереси: «Обращающихся от ересей... принимать не прежде, как проклянут всякую ересь, особенно же ту, в которой они находились». При перечислении ересей, это правило на первое место ставит ересь новатиан, как известно более относящююся к разряду раскольнических сообществ. В данном случае уместно напомнить, что, по учению Церкви, любой раскол рано или поздно перерастает в ересь. Так что, если и считать, что сергианство возникло преимущественно как раскол, то впоследствии оно приобрело и полномасштабный характер еретического сообщества.

Восьмое правило того же Лаодикийского Собора священство псевдоцерковных организаций называет мнимым, и предписывает не только не принимать его, но и крестить. Таинство крещения, совершённое патриархийными служителями правильно по форме, по принятому в среде истинно-православных христиан положению, пока не оспаривается. Но это обстоятельство вызвано не признанием священства Московской Патриархии, а лишь снисхождением к немощи современного человека и требованием канонов, допускающих крещение лишь однажды. Хотя дискуссия по вопросу крещения приходящих из Московской Патриархии ведётся постоянно с момента возникновения сергианского раскола, но окончательное его решение оставляется за будущим (возможным) Собором. Если же в отношении таинства крещения могут рассматриваться разные истолкования, то в отношении таинства священства в Истинно-Православной Церкви не было никаких разнотолков: клирики Московской Патриархии принимаются к служению в Истинную Церковь по второму чину приёма, то есть через рукоположение. Один из ревнителей Истинно-Православной Церкви чтец Григорий (Мухортов) говорит так:

Для кающихся священнослужителей по неведению формально рукоположенных безпреемственными иерархами, — потребна хиротесия... Все клирики советской церкви, приходящие к Христовой Церкви Истинного Православия, должны быть тщательно проверены каноническими испытаниями, и аще окажутся достойными священства, — преподавати им духовную благодать по второму чину приёма[4].

Также в данном случае истинно-православные христиане приводят в доказательство своих убеждений первое каноническое правило св.Василия Великого, которое, хотя рассматривает, в первую очередь, вопрос о крещении приходящих из раскола и ереси, но параллельно сказано в нём и об отношении к еретическому священству:

Ибо, хотя начало отступления произошло чрез раскол, но отступившие от Церкви уже не имели на себе благодати Святаго Духа. Ибо оскудело преподаяние благодати, потому что пресеклось законное преемство. Ибо первые отступившие получили посвящение от отцев, и чрез возложение рук их, имели дарование духовное. Но отторженные, сделавшись мирянами, не имели власти ни крестити, ни рукополагати, и не могли преподати другим благодать Святаго Духа, от которой сами отпали. Почему приходящих от них к Церкви, яко крещенных мирянами, древние повелевали вновь очищати истинным церковным крещением. Но поелику некоторым в Асии решительно угодно было, ради назидания многих, прияти крещение их, то да будет оно приемлемо.

Епископ Далматинско-Истрийский Никодим в толковании данного правила пишет:

Таким образом, власть епископа — рукополагать других, сообщать им благодать священства, зависит от преемства, т.е. от того, насколько он, подлежащий епископ, принял, унаследовал эту власть от лиц, могущих передать ему оную законно, и поскольку он эту унаследованную власть умеет хранить и, в свою очередь, другим в наследство передать. Раз епископ потеряет эту власть, вследствие ли раскола или ереси, тогда, само собой понятно, он не в состоянии и другим ее передать, так что в этом епископе преемство прекратилось, т.е. он потерял наследство, соучастником которого он стал чрез хиротонию, наравне с прочими православными епископами. Эта каноническая мысль о священной иерархии в Церкви, затронутая Василием Великим в настоящем правиле, есть не иное что, как кратко формулированное учение об этом Священного Писания, святых отцов и учителей церкви.

В толкованиях 47 и 68 Апостольских правил уже сказано, что основу законного священства составляет непрерывная преемственность иерархической власти от Апостолов и доныне. Эту власть Апостолы передали епископам, своим непосредственным преемникам, а эти последние, в свою очередь, своим преемникам и так, чрез все века, до ныне; таким образом епископ — преемник апостольский (αποστολικός διάδοχος, apostolorum successor), принявший от Апостолов преемственно (άλληλοδιαδόχως, successione continua) ту же власть[5].

Итак, поскольку еп.Вениамин (Новицкий) не вышел из Московской Патриархии, не проклял проповедуемую там ересь, и не отрёкся от совершённых ею преступных деяний, он не может быть лицом способным передавать апостольское преемство другим, так как сам потерял это преемство в результате отпадения. Это первая, хотя и не основная причина, по которой Истинно-Православная Церковь не признаёт священство и епископство Фёдора (Лазаря) Журбенко.

Вторая причина, по которой епископство Лазаря Журбенко не может быть признано законным, логически вытекает из первой. Согласно канонам Православной Церкви, епископский сан нельзя получить, не пройдя соответствующих степеней. Поскольку священническое рукоположение Фёдора (Лазаря) Журбенко не может быть признано, епископство его также незаконно, даже если данное таинство и совершено правильно по своей форме. Десятое правило Сердикского Поместного Собора ясно об этом свидетельствует:

Подобает со всякою точностью и тщанием наблюдати, да богатый кто-либо, или ученый, от светского служения, удостаиваемый епископом быти, не прежде поставляется, разве когда совершит служения чтеца и диакона, и пресвитера, дабы проходя чрез каждую степень, аще достойным признан будет, мог взыти на высоту епископства. Очевидно же, что для каждой степени чина должно быть предоставлено не слишком малое время, в продолжение которого могли бы усмотрены быти его вера, благонравие, постоянство и кротость, и он, быв признан достойным божественного священства, получил бы величайшую честь. Ибо не прилично, дерзновенно и легкомысленно приступали к тому, чтобы поспешно поставляти или епископа, или пресвитера, или диакона: и ни знание, ни поведение не дает на сие права. Понеже такового по справедливости почли бы весьма новым (1 Тим.3:6), и не утвержденным, наипаче, когда и блаженнейший Апостол, который учителем языков был, является возбраняющим скорые поставления в церковные степени: поелику дознание в должайшее время достовернее показать может и поведение, и нрав каждого. Рекли все, яко им сие угодно, и сего нарушати отнюдь не должно.

Каноны в некоторых случаях позволяют пропускать церковные степени, но только в экстренных случаях, т.е. или при крайней нужде, когда срочно требуется наладить управление, или во времена жестоких гонений, либо же при особенном указании Божественной благодати, — как говорится в 80-ом апостольском правиле, «разве только по благодати Божией сие устроится». В толковании данного правила Епископ Никодим (Милош) пишет:

И новокрещенный может быть епископом, но лишь в том случае, если это произойдет по Божественной благодати, т.е. когда сама Божественная благодать укажет на такое лицо, как на своего избранника. Блестящим примером этого служит сам ап.Павел, который не только из язычника, но из жесточайшего гонителя христиан, чудесным образом, стал избранным сосудом, чтобы возвещать имя Господне перед народами, царями и сынами Израиля (Деян.9:15; Гал.1:16). История церкви нам представляет немало примеров того, как благодать Божия находила среди язычников достойных своих избранников. Среди прочих упомянем Амвросия, который, будучи только оглашенным, еще до крещения своего уже был избран епископом Медиоланской Церкви, и после оказался, как нам красноречиво описывает история, замечательным отцом и учителем Церкви, или Нектария, который, даже не будучи оглашенным, уже наименован был епископом Константинопольским. В этих и других подобных примерах Церковь видела действие Божьего Промысла и всегда глубоко перед ним преклонялась.

Кроме того, правило воспрещает поставлять в епископа такое лицо, которое только что прекратило свое прежнее порочное поведение и обратилось на истинный путь. Если вообще от каждого кандидата священства требуются, как видно из многих правил, те духовные качества, от которых зависит доброе имя человека в семье и обществе, то тем более необходимо требовать эти качества от того, кому предстоит быть в известной церковной области верховным учителем, первосвященником и архипастырем, служа при этом как для паствы, так и для всего подведомственного клира, зеркалом всех добродетелей. В виду всего этого правила требуют и строго предписывают наблюдать в отношении каждого, избираемого в епископы, провел ли он узаконенное время на известных иерархических степенях, и дает ли более или менее продолжительное испытание его достаточную гарантию в том, что он является во всем примером, и в действительности может быть тем, чем должен быть епископ в церкви[6].

Ничего подобного в истории с поставлением Фёдора Журбенко мы не наблюдаем. Никакого особенного Божественного избранничества, указывающего на Фёдора Журбенко, истинными катакомбниками не обреталось. Многие христиане, соприкасавшиеся с ним, замечали только внешнюю харизму, за которой затем обнаруживались подозрительные признаки, свойственные засланному советскому агенту.

Причём следует заметить, что централизация церковного управления, в необходимости которой нас так старательно убеждали деятели Зарубежной Церкви, также в данном случае не требовалась, поскольку она лишь способствовала раскрытию верующих христиан богоборческими властями с неизбежными последующими репрессиями. Ещё в 20-х годах Архиеп.Феодор (Поздеевский) при формировании своих Домашних Церквей ограничивал их численность тремя-пятью членами, а в 70-х годах церковная ситуация кардинально изменилась и курс на централизацию в данных обстоятельствах был не только ошибочным, но и граничил с преступной слепотой.

Но вернёмся непосредственно к нашему вопросу. В толковании 68-го апостольского правила Епископ Никодим пишет:

Впрочем, церковь, как относительно крещения, совершенного в неправославном обществе, так и относительно рукоположения, всегда имела свои точно определенные правила, в силу которых одно рукоположение признавалось, а другое не признавалось, и клирики некоторых известных неправославных обществ, переходя в православие, признавались за таковых по вступлении в церковное общение и снова не рукополагались, тогда, как у других рукоположение не признавалось, и они принимались церковью, как миряне.

В толковании 47-го Ап. правила мы упомянули об основном принципе церкви в вопросе об иноверном рукоположении. Главным в этом вопросе является то, сохранило ли данное иноверное общество законное иерархическое преемство, которым обусловливается законное священство и без которого такового нет и быть не может. В силу этого церковь, подвергая вообще своему обсуждению священство во всех обществах, не находившихся в общении со Вселенскою Церковью, обращала внимание главным образом на то, насколько то или иное общество отступало от основных истин христианской церкви; священники тех обществ, которые сохранили апостольское преемство, и не погрешили против основных христианских истин, принимались в церковное общение, как правильно поставленные священники, без возобновления рукоположения, священники же других обществ, не сохранивших этого, принимались как простые миряне. Точно также принимались как простые миряне и те священники, которые, хотя и не принадлежали ни к одному еретическому обществу, но были поставлены епископами, прервавшими общение с законной иерархией[7].

В среде Истинно-Православной Церкви имеется твёрдое убеждение, что Московская Патриархия и есть именно то общество, которое отступило от основных истин христианской церкви. Следовательно, Фёдор Журбенко поставленный епископом, который своим присоединением к отступнической организации прервал общение с законной иерархией, не может быть признан законным предстоятелем Церкви. Соответственно и вся ветвь, именуемая РИПЦ, созданная им, не может быть признана нами как законная административная структура.

Зарубежные епископы самостоятельно, без консультаций с катакомбными христианами, решили данный вопрос, и, надо заметить, подобная практика принятия из Патриархии в сущем сане продолжалась и всё последующее время. Такая раскольническая политика Зарубежной Церкви и привела её в результате к объединению с Московской Патриархией. Ничто не препятствовало зарубежным иерархам восполнить недостающее рукоположение Фёдора Журбенко во священника, но они сознательно пренебрегли такой возможностью, подтвердив, таким образом, свой ошибочный курс[8].

Самой же важной причиной, по которой в Истинно-Православной Церкви не признаются права Лазаря Журбенко и его ставленников на управление Церковью, является упомянутый выше факт, что всеми заслуживающими доверие катакомбниками он признан лицом, продвигаемым советскими государственными органами. Только благодаря этому обстоятельству, т.е. покровительству со стороны богоборческого государства, а вовсе не легендами о чудесном спасении и предпринятыми мерами конспирации, Фёдору (Лазарю) Журбенко удалось долгие годы беспрепятственно действовать на территории СССР, и взлететь на вершину катакомбного Олимпа. Александр Таненков в своей книге «Коммерческие катакомбы» пишет об этом так:

Среди катакомбников до сих пор передается история о том, как обманом иеромонах Лазарь выставил себя перед Архиерейским Синодом РПЦЗ и приехавшим тайно в СССР для совершения епископской хиротонии Епископом Варнавой, единственным истинным катакомбным пастырем... В то время реальными кандидатами на хиротонию во епископы были два истинных пастыря Катакомбной Церкви, два духовных брата: о.Никита (Лехан) и о.Михаил (Рождественский). Однако обманом иеромонах Лазарь смог именно себя представить «единственно достойным».

Впрочем, сам иеромонах Лазарь не смог бы осуществить подобное, если бы ему не помогли хозяева. Те, кто направлял его и всячески способствовал утверждению во главе Катакомбной Церкви. Ни о.Никита, ни о.Михаил не могли свободно перемещаться по территории СССР. Каждое их посещение духовных чад Катакомбной Церкви грозило им арестом. Да и возраст был преклонным. Иеромонах же Лазарь свободно и беспрепятственно перемещался по территории СССР, открыто жил в Обояни. Власти к нему не проявляли никакого интереса. Не правда ли удивительно, если учесть, как относились Советы к Катакомбной Тихоновской Церкви. Да и личные качества владыки (будущего конечно) Лазаря способствовали его «успеху» — это был умелый актер. Поддержка невидимых хозяев, актерские данные и напористость в достижении цели привели к появлению в СССР новохиротонисанного епископа Катакомбной Церкви Лазаря (Журбенко).

С этого момента и началось формирование лже-организации, взявшей нагло и самозванно имя Истинной Православной Церкви. Практически ни один приход истинных катакомбников не признал Лазаря в качестве главы Катакомбной Церкви. Они знали его историю и знали отношение к нему истинных подвижников-пастырей Катакомбной Церкви. Но хозяевам и самому владыке Лазарю было мягко говоря наплевать на мнение и признание катакомбных общин.

Здесь хотелось бы отметить, что цитируемые нами выше слова из очерков Александра Таненкова не отражают всей полноты трагичности картины церковных нестроений последнего времени. Описывая свои недоумения и переживания, автор подвергает критике только одну из сторон конфликта, закрывая глаза на виновность других его участников, а именно, деятелей Зарубежной Церкви. Основное же заблуждение Зарубежной Церкви в данном вопросе по нашему убеждению состоит в том, что она самонадеянно пыталась своими слабыми человеческими усилиями противостоять чекистско-милицейской машине. Признание же созданной таким образом церковной структуры невозможно, поскольку это было бы поруганием Церкви, которая во всём должна быть святой и непорочной.

В переживаемое нами скорбное и тягостное время церковных нестроений очень важно пройти данное испытание, не уклоняясь ни в одну из сторон, т.е ни влево ни вправо. Влево — это принять за истину то, что ею не является, вправо — это из-за трудности положения уклониться к страсти гнева и ненависти. Мы не имеем документальных доказательств причастности еп.Лазаря (Журбенко) к спецслужбам. Да эти службы, видимо, и сами понимали, что подготовить таких «высокопрофессиональных» агентов, которых бы катакомбники приняли за своих, практически невозможно. Ставка делалась, вероятно, на проверенных ими и обработанных соответствующим образом верующих. Мы знаем из истории новейшего времени, как советские органы делали своими агентами таких в прошлом почтеннейших деятелей как Сергий (Страгородский) и других людей, — от падения не застрахован никто! Но мы не можем не принимать во внимание и свидетельства тех людей, которые были участниками тех событий, и по возрасту, и по своим реальным достижениям стоявших выше еп.Лазаря. Так один из деятелей Катакомбной Церкви схимонах Епифаний (Чернов) в своей статье передает слова катакомбников 70-х годов:

— Что с Федей случилось?! Его нельзя узнать, он с ума сошёл. Приехал к нам и похваляется. «Мы, — говорит, — ловили пустынников и отшельников в трущобах Кавказа и теперь там таких уже нет...» Страшно подумать, с кем это он дело совершал...[9]

Нечто подобное рассказывает и Григорий Иванович Мухортов, хотя в его воспоминаниях оба церковных деятеля, т.е. и Антоний (Чернов) и Лазарь (Журбенко), изображаются в не совсем лицеприятном виде. Перечисляя все возникшие на территории России неканонические организации, он переходит и к рассмотрению приходов «греческих раскольников старого стиля»:

Первые из них появились в 1990 г. под предводительством монаха Антония — Александра Андреевича — (Чернова) с присвоением себе «тайного» (всем объявленного) титула схиепископа Епифания, приехавшего из Англии с острова Мэн... Он отбывал после войны тюремное наказание в советских лагерях, где и познакомился с Феодором Журбенко, который впоследствии взял себе Антония Чернова на поруки. Можно представить себе, каковым людям Советская власть в те годы могла доверить взять на поруки монаха-иностранца...

Они-то, эти два друга, и исхристали поездами всю страну, настраивая всех верующих против истинно-православного священства, якобы все освободившиеся из тюрем потаенно-служащие священники подписные советские агенты. И такой клеветой возбудили в христианах недоверие к своим пастырям, и пастырей к своим архипастырям, посеяв смуту в христианском народе, так что христиане стали бояться не только священников, но и друг друга... И, наконец, эти два друга меж собой поссорились...[10]

Касательно же архиеп.Агафангела (Пашковского) нет необходимости доказывать, что его епископство также является неканоничным, поскольку рукополагал его еп.Лазарь (Журбенко) в сослужении суздальских епископов Валентина (Русанцова) и Феодора (Гинеевского), также принятых в сущем сане. Хотя оба суздальских священника, в отличие от еп.Вениамина вышли из Московской Патриархии и как будто отреклись от её основных заблуждений, но тот же самый основной вопрос остаётся непрояснённым и в данном случае: насколько их действия были добровольными? То, что переход со своим приходом суздальского архимандрита Валентина (Русанцова) в юрисдикцию Зарубежной Церкви был санкционирован кураторами из Лубянки, не вызывает сомнений даже уже и у многих зарубежных церковных деятелей. И эта проблема остаётся основной в рассматриваемом нами вопросе, поскольку преемственность как этих клириков, так и Лазаря (Журбенко), в ином случае могла быть и принята как историческая неизбежность, по аналогии с тем, как ранее при приёме в Православие признавалась преемственность католического духовенства[11], но участие «мирских начальников»[12], да к тому же, нацеленных не на созидание Церкви, а на её разрушение, делает такое признание неприемлемым полностью.

Как о вопросе первостепенной важности — строгого и внимательного подхода к выбору и поставлению епископата — в одном из своих писем к Олимпиаде указывает и св.отец Церкви Иоанн Златоуст:

Есть два обстоятельства, которые в особенности печалят меня, если они случатся, — чего да не будет! — во-первых, что епископ будет поставлен теми, которые совершили столько зол и которыми быть поставляемым дело незаконное, во-вторых, что может быть избран кто-нибудь неосмотрительно. Что они не стараются о том, чтобы избрать благородного человека, ты знаешь и сама. Если же это случится, чего да не будет, то ты знаешь и сама, что затем последует. Итак, чтобы не случилось ничего этого, приложи всякое старание...[14]

Важность для нас этих слов Свт.Иоанна Златоуста подтверждается его непосредственным участием в поставлении иерархии Готфской епархии, ведь цитированный текст относится именно к данному случаю. Недаром же этот ревностный церковный деятель, рассуждая на данную тему, употребяет такое определение как катастрофа. К сожалению, в настоящее время приходится осознавать, что эта катастрофа, которую старался предотвратить Иоанн Златоуст, приобрела характер стихийного бедствия.

Для нормализации церковного положения мы предлагаем следующий принцип. Все истинно-православные христиане, ревнующие о церковной правде и благоустройстве, должны отбросить свои амбиции, если имеются таковые, и представляя на рассмотрение церковного народа собственные позиции, не претендовать на безусловность каких-то своих прав в вопросах управления или главенства. В Священном Писании сказано: «Вы знаете, что князья народов господствуют над ними, и вельможи властвуют ими; но между вами да не будет так: а кто хочет между вами быть большим, да будет вам слугою; и кто хочет между вами быть первым, да будет вам рабом» (Мф.20:25-27). Аминь.

Игорь Кобылянов

2015-2016 гг.

Примечания

[1] Сергей Шумило. В катакомбах. Православное подполье в СССР. — Конспект по истории Истинно-Православной Церкви в СССР. — Луцк. 2011.

[2] Александр Таненков. «Коммерческие катакомбы» (скачать книгу на сайте «Собор»).

[3] Правила Православной Церкви с толкованиями Никодима, Епископа Далматинско-Истрийского. Том I. — Перевод с сербского. — Приложение к журналам «Церковный Вестник» и «Христианское Чтение». — С.Петербург. Издание С.Петербургской Духовной Академии. 1911. — С.287-293.

[4] Предувещательно-предупредительная повесть христиан России о церковной иерархии в ея апостольской преемственности. — Рукопись. 22 марта. 2002 г. С.7-8.

[5] Правила Православной Церкви с толкованиями Никодима, Епископа Далматинско-Истрийского. Том I. — Перевод с сербского. — Приложение к журналам «Церковный Вестник» и «Христианское Чтение». — С.Петербург. Издание С.Петербургской Духовной Академии. 1911. — С.164.

[6] Там же. Том IV. Правила святых отцов Православной Церкви. Правила святого Василия Великого. Первое каноническое послание к епископу Амфилохию иконийскому.

[7] Там же. Том I. — С.145-147. Рассматриваемое 68-ое апостольское правило звучит так:

Аще кто, епископ, или пресвитер, или диакон, приемлет от кого-либо второе рукоположение: да будет извержен от священного чина, и он, и рукоположивый; разве аще достоверно известно будет, что от еретиков имеет рукоположение. Ибо крещеным, или рукоположенным от таковых, ни верными, ни служителями церкви быти не возможно.

[8] Зарубежная Церковь позднее хиротонией восполнила лишь недостаток числа епископов при рукоположении Лазаря Журбенко в епископский сан, но скачок через священническую степень этим действием, понятно, не был ликвидирован, и каноническое нарушение такими действиями не было исправлено.

[9] Схимонах Епифаний (Чернов). Путь к славе и величию через ложь и обман.

[10] «Справка по вопросам каноничности церковных иерархий истинного православия, в связи многочисленных расколов, сект и нецерковностей, появившихся на территории России». 25 января (7 февраля) 2002 года. С.5-6. — Текст как данной, так и других рукописей приводится в сокращённом и более удобочитаемом виде, поскольку чтец Григорий Мухортов, не будучи достаточно грамотным, и за неимением делопроизводителя, вынужден был составлять ответы вопрошающим самостоятельно.

[11] Возможность принятия сергианского священства в сущем сане допускал ещё Митр.Иосиф (Петровых). В своём ответном письме о.Николаю Прозорову, датируемым ок.1929 г. Преосв.Иосиф Петроградский писал:

Принять надлежит после велегласного исповедания присоединяющимся истины. Для успокоения «ревностных» можно рекомендовать священнику покорно принять некоторую епитимию — в виде временного воздержания от священнодействования (недели 2–3 и до месяца). Относительно рукоположения надлежит руководствоваться практикой, установленной при Патриархе для приема посвященных обновленцами: эти посвященные разделялись на несколько категорий: принявшие рукоположение от архиереев старого поставления (уклонившиеся в обновленчество) принимались покаянием и епитимией (вроде указанной выше). Тем же порядком разрешалось принимать тех, которые приняли посвящение, хотя и от новых архиереев, но принявших свою хиротонию от старых и без нарушения правил церковных (неженатых и т.д.). Только принявшие посвящение от женатых епископов и с нарушением церковных правил отметались совершенно и рассматривались как непосвященные.

Вопрос же о.Николая Прозорова был сформулирован так:

Три месяца тому назад Еп. Кириллом Пензенским (Кирилл Соколов — на Пензенской кафедре с сентября 1928 по 1933 г. — прим.источника) некто псаломщик Панов рукоположен в священники в тот же приход, где был псаломщиком. Теперь приход и он думают перейти к нам. Как быть с Пановым? Каким образом его принять? Ревностные прихожане не хотят признавать его рукоположение. Наше духовенство там в смущении и запрашивает нас. Вопрос серьезный, а потому мы и обращаемся к Вашему Высокопреосвященству за разъяснениями.

Священномученик Иосиф, Митрополит Петроградский (жизнеописание и труды).
— Приложение I, Архипастырские документы и письма митр. Иосифа.
— Письмо-обращение отца Николая Прозорова к митрополиту Иосифу от 9/22 февраля.
— Составители: М.С.Сахаров и Л.Е.Сикорская.
— «Кифа». Санкт-Петербург, 2006. С.193-194.

Здесь следует сделать оговорку, что, во-первых, и сам Митр.Иосиф причисляет себя, как это видно из письма, к НЕревностным, и многие катакомбные иерархи считали его, хотя интеллигентнейшим человеком, но не очень строгим канонистом, а во-вторых, с тех пор прошло очень много времени, и могли измениться реальные обстоятельства, т.е. пагубные последствия сергианского отступления, после чего апостольская преемственность в среде сергианского духовенства утрачена безвозвратно...

[12] 30-ое апостольское правило гласит:

Аще который епископ, мирских начальников употребив, чрез них получит епископскую в церкви власть: да будет извержен и отлучен, и все сообщающиеся с ним.

Епископ Далматинско-Истрийский Никодим (Милош) в своём толковании подробно и достаточно понятно объясняет суть данного правила:

Право избрания и посвящения епископа принадлежало всегда, по правилам, исключительно собору епископов. Светская власть стала влиять на это только в позднейшие века, начиная с ΙV века, когда некоторые из греко-римских императоров стали христианами, но и тогда влияние светской, или точнее, государственной власти при поставлении епископов было нормировано согласно с каноническими предписаниями Церкви и, следовательно, только в определенных границах принималось и признавалось Церковью. В тех случаях, когда государственная власть переходила законом определенные границы или же, когда лица, желающие во что бы то ни стало сделаться епископами и не могущие достигнуть этого правильным путем через церковную власть, обращались за помощью к светской власти, — во всех таких случаях Церковь решительно возвышала свой голос для произнесения торжественного осуждения этих и подобных нарушений одного из основных ее прав. Об этом еще будет речь при толковании одного из правил VII Вселенского Собора, именно 3-го правила. Если Церковь осуждала незаконное влияние светской власти при поставлении епископа в то время, когда государи были христианами, тем более, следовательно, она должна была осуждать это, когда последние были язычниками, и тем более тяжкие наказания она должна была налагать на виновных, которые не стыдились обращаться за помощью к языческим государям и подчиненным им властям, чтобы только получить епископство. Настоящее (30) правило и имеет в виду подобные случаи. В первые времена Церкви Христовой встречались, как среди единичных римских государей, так и среди низших представителей государственной власти, и такие, которые не относились враждебно к Христианской Церкви и не были ее гонителями. К таковым и обращались некоторые пресвитеры и, делаясь с их помощью епископами, получали в управление ту или иную церковь. Против подобных пресвитеров и направлено это Ап.правило, которое, считая это преступление равным симонии, так как в сущности это и есть симония, только другого рода, предписывает виновнику то же наказание, как и за симонию, а именно: извержение из епископского сана, незаконно полученного, и отлучение от церковного общения, следовательно двойное наказание, как и за симонию[13].

В этом правиле упоминается только епископ, получающий епископство через посредство светской власти, а в 29-м Ап. правиле упомянуты епископ, пресвитер и диакон, приобретающие за деньги духовный сан, и все погрешающие против предписания правила подвергаются извержению и отлучению. Вальсамон в толковании этих правил задает вопрос: как поступить с тем, кто при посредстве светской власти сделается пресвитером, диаконом, иподиаконом или чтецом, или, давши деньги, сделается иподиаконом, или чтецом? И отвечает: и они все подвергаются извержению или отлучению на основании последних слов 30-го Ап. правила, где сказано, что не одни главные виновники зла извергаются и отлучаются, но и сообщники их.

Правила Православной Церкви с толкованиями Никодима, Епископа Далматинско-Истрийского.
Т.I. — Перевод с сербского. — Приложение к журналам «Церковный Вестник» и «Христианское Чтение».
— С.Петербург. Издание С.Петербургской Духовной Академии. 1911. — С.91-93.

[13] О двойном наказании Епископ Никодим (Милош) говорит выше в толковании 29 Ап.правила:

Находя незаконным священный сан, полученный за деньги, правило не считает достаточным наказанием для симонита извержение его из сана, потому что в таком случае от виновника отнималось бы только то, что ему и не могло принадлежать по закону, а самое злодеяние оставалось бы без наказания, — правило предписывает также отлучить его и от церковного общения, т.е. налагает двойное наказание: извержение из сана и отлучение от церкви. Точно такому же двоякому наказанию подлежит и продавший святыню, т.е. рукоположивший кого-либо за деньги. Это и есть тот случай, когда правила отступают от принципа не налагать двух наказаний за одно преступление, как об этом было сказано в 25-м Ап. правиле; но симония превосходит все самые тяжкие преступления, как и получение епископства через посредство мирских властей, о чем говорит следующее Ап. правило (30). Вот почему правила и налагают двойные наказания за эти преступления...

Там же. С.91.

[14] Святой Иоанн Златоуст. Письма к Олимпиаде // Письмо 14. — Издательство «Отчий дом». М. 1997. С.191-192.

Одесские преосвященныеСодержание